Занимательная

педагогика

Подснежники к 8 Марта

Подснежники к 8 марта
Всех прекрасных и удивительных, любящих и любимых мы поздравляем с весенним праздником, нежным, как подснежник! Всем вам мы дарим рассказ о весеннем приключении в канун 8 Марта.
Встречайте вашего хорошего знакомого первоклассника Вовку и его подругу Катю.

- Вовка, ты «Двенадцать месяцев» читал? - почему-то шепотом спросила Катя.
- Читал, - тоже шепотом ответил Вовка. - А ты почему шепчешь?
- Чтоб никто не узнал.
- Чего?! - ему стало страшно интересно и он даже бросил мокрую щепку, которую собирался пустить в плаванье по протаявшему под мартовским солнцем ручью.
- Помнишь, там все подснежники собирали?
- Конечно! Там еще королева такая глупая, и мачеху с дочкой в собак превратили.
- Так вот, - шепот стал еще тише, - подснежники-то на самом деле есть!
- А ты не врешь? - Вовка учился в первом классе и считал себя достаточно взрослым. В Деда Мороза он уже почти не верил. И в Бабу-Ягу, и в Кащея Бессмертного. Хотя сказки читал с удовольствием. А тут Катька со своими месяцами. Точно врет.
- Я сама прочитала. Мне мама журнал купила - «Юный натуралист». Там все про них написано. Помнишь, когда они вырастают?
- Братец Апрель... Значит, в апреле! - журналу можно было верить, это тебе не сказки какие-то.
- А вот и нет. Они сейчас растут. В лесу, на опушках. Где снег растаял, - глаза у Кати горели. Было видно, что она задумала какое-то интересное дело.
- Вот здорово!..
- Какой завтра день? - перебила его Катя.
- Восьмое марта, - Вовка еще не понимал, к чему она клонит.
- Ты чего маме будешь дарить?
- Ну... открытку напишу, картину нарисую, - он почесал ухо, вспоминая, что там еще было задумано.
- Как маленький, да?
- Чего, как маленький! Сама ты... - кулаки сжались, и не миновать Катьке затрещины, но она огляделась по сторонам и быстро выпалила:
- Пойдем за подснежниками. За настоящими, в лес.

У Вовки перехватило дыхание от такого предложения, кулаки разжались сами собой, и он представил: самые настоящие подснежники из сказки — маме на 8 Марта! Это было здорово! Но папа! Папа запрещал уходить со двора, а папино слово — закон. С другой стороны — подснежники, волшебные, сказочные, удивительно красивые цветы, которых еще никто не видел. Даже Костя, старший Катькин брат. Но что скажет папа? У Вовки не было друга Карлсона, который мог бы сказать: «Пустяки, дело житейское!». Тут надо самому решать. И ни за кого не спрячешься.
Не принести маме подснежники было невозможно. Ослушаться папу — тоже. Вовка разрывался на две части.

- Боишься? - этого было достаточно. Чаша весов, на которой лежали подснежники, резко качнулась вниз.
- Я? Сама не испугайся, - надменным тоном бывалого путешественника ответил он. Дело было решено.

Когда они вошли в лес, стало немного не по себе. Еще никогда Вовка не уходил без спроса так далеко. Катя тоже притихла. Лес стоял такой огромный, и сосны в вышине качали головами, как будто были недовольны тем, что двое непрошеных гостей пришли без спроса. Солнце скрылось за деревьями, и полумрак обступил их. Между огромными, в три Вовкиных обхвата стволами вилась утоптанная тропинка. Значит, здесь ходят люди. От этой мысли у него на душе стало немного легче. Он даже начал с интересом посматривать по сторонам.

Прокричала птица, и ребята одновременно вздрогнули.

- Кто это?

Он не успел ответить.

- Ой, Вовка! Змея! - Катя взвизгнула и ухватила его за рукав изо всей силы, словно хотела оторвать.

Ужас пронзил все Вовкино тело, которое будто окоченело так, что пошевелиться не было никакой возможности. Медленно, как во сне, он повернул голову и проследил за указательным пальцем девочки. Змея лежала поперек тропинки и не шевелилась. Наверное, она не хотела пускать их дальше — к подснежникам. Ноги не слушались. И рад бы дать деру, но как? Тогда Вовка заставил себя нагнуться и, не спуская глаз со змеи, медленно поднял палку, валявшуюся рядом с тропинкой. Также медленно занес руку... И бросил!
Бросок оказался точным: змея с деревянным стуком отлетела и переломилась о дерево пополам. Это была обыкновенная ветка, упавшая с дерева прямо на тропинку. Воображение и страх превратили ее в настоящую змею.

- Эх ты! Змея! Змеи-то зимой не водятся! - Вовка, смеясь, подбежал к дереву, поднял обломки «змеи» и показал Кате. Ту все еще била крупная дрожь, но она уже улыбалась. Совсем немного, чтобы скрыть страх и слезинки в уголках глаз.
- Пойдем! - теперь Вовка был главным в походе. Ведь он победил «змею». И он нипочем бы не сознался, как ему было страшно еще минуту назад.

Идти стало веселее. Он отбрасывал ударом ноги с тропинки мусор, ветки и весело насвистывал. Катя едва поспевала, иногда переходя с шага на бег, чтобы догнать Вовку. А тот гордо прокладывал дорогу и уже ничего не боялся. Даже лесных великанов-сосен, которые теперь качали головами вполне одобрительно.
Подснежники они нашли скоро. Вернее их нашла Катя.

- Смотри, Вовка! Вот они!
- Где? - он ничего не видел, только какая-то невзрачная травка пробивала себе дорогу к солнцу на лесной полянке. Здесь деревья расступились кругом и поляна вовсю впитывала солнечное тепло. Снег сошел несколько дней назад, земля почти просохла, и прошлогодняя зелень поднимала голову навстречу свету.
- Да вот же! Вот! - Катя тыкала пальцем в зеленые росточки с маленькими бутончиками на концах.

Вовка представлял себе подснежники удивительными огромными цветами, размером с те гладиолусы, что он видел летом на рынке. Белоснежными и пахучими, как мамины духи.
А этих невзрачных недомерков и цветами-то назвать было трудно.

- Это ерунда какая-то, а не подснежники, - разочарованно протянул он.
- Сам ты ерунда! - возмутилась Катя. - Это самые первые цветы в году. Им трудно. Они из-под снега вылезают. Знаешь, как там холодно?

Вовка представил, как маленькие, тоненькие росточки пробивают снежную корку. Вокруг мороз, а им во что бы то ни стало надо туда — наверх, к свету. Представил их, таких одиноких, беззащитных. В снежном лесу. И все же побеждающих зиму и холод.
Совсем другими глазами он смотрел на это чудо природы. С уважением смотрел и восторгом. Теперь они уже не казались ему невзрачными недомерками. Это было волшебство.

Катя шагнула на поляну и по пояс погрузилась в снег. Здесь, у самых деревьев, в тени, снег еще не растаял. Он только начал подтаивать, и под коркой старого посеревшего слоя образовалась рыхлая каша, а еще ниже - талая вода. Она холодным потоком залилась в сапожки и вмиг остудила ноги.

- Ай! - девочка выбралась назад, на тропинку, но один сапожок остался там — в снегу. С потемневшего носка лилась вода.
- Стой! - приказал Вовка, а сам упал на живот и осторожно подполз к ямке, в которой пропал сапожок. Пошарил рукой, нащупал и вытащил пропажу.
- Теперь я заболею! - заревела Катя. - И мама меня уколами колоть будет.

Катина мама была медсестрой и сама делала детям медицинские процедуры. Особенно те боялись уколов. Нет на свете такого ребенка, который не боится настоящего стеклянного шприца с острой стальной иглой. И вроде не совсем больно, а страшно — жуть!

- Не реви! - опять приказал Вовка. - Снимай второй сапог.
- Зачем?
- Снимай, тебе говорят! На, надевай мои, - он уже снял свои теплые зимние ботинки и протянул девочке.
- А ты?
- А я уколов не боюсь.

На самом деле он уколов боялся, и очень сильно боялся, но признаться в этом девчонке было невозможно.
Он с трудом натянул ее сапожки. Те были не совсем по ноге, да еще и сырые, но кое-как налезли. Ноги сразу свело холодом, но Вовка не подал виду.

- Сиди тут, а я за подснежниками.
- Вовка, смотри не провались! - Катя совсем пришла в себя и теперь разговаривала, как мама.

А Вовка уже перепрыгнул через лужу и рвал зеленые стебельки обеими руками. Надо было скорее уходить: ноги коченели в мокрых сапожках. Да и мама скоро хватится, начнет искать. Что тогда будет!

- Вот смотри! - цветов было много. - И моей маме хватит и твоей.

Он что-то вспомнил и сказал:

- И тебе...

Обратно шли быстро, чтобы ногам не было холодно, но те все равно мерзли. А тут еще начало темнеть. Катин подбородок задрожал, она стала шмыгать носом и озираться по сторонам.

- Катька, помнишь песню из «Незнайки»? - Вовка сам испугался, но больше всего он боялся услышать Катин плач.
- Про кузнечика? - дрожащим голосом спросила она.
- Нет, другую.

И Вовка запел во весь голос:

- Шел я лесом, шел я лугом
   Со своим хорошим другом.
   Мы взбиралися на кочки,
   Любовались на цветочки.

Лес притих и удивленно слушал летнюю песню, сочиненную коротышкой-поэтом Цветиком. Катя подхватила:

- Вдруг с лягушкой повстречались
   И скорей домой помчались.
   Прибежали мы домой
   И сказали "ой!".

При последних словах оба расхохотались. Идти было уже не страшно. Деревья вокруг улыбались и махали вслед ветками — им тоже было весело от такой смешной песни.

У самого дома Вовка сказал:

- Давай, если я заболею, ты придешь меня навестить, а если ты заболеешь, то я приду.
- Давай, - согласилась Катя.

А на другой день у обоих подскочила температура и Катина мама делала им уколы. Сначала Кате, а потом пришла к Вовке. Только Вовка совсем не испугался уколов. Когда его кололи, он улыбался - ведь подснежники стояли у мамы на столе в хрустальной вазочке с водой и радостно кивали белыми головками.

Тэги: Рассказы о Вовке и его друзьях

Добавить комментарий

Ваш комментарий будет показан на этой странице после одобрения администратором.
Для успешной отправки сообщения необходимо ввести проверочный код с картинки внизу.
Если вы не можете прочитать проверочный код, нажмите левой кнопкой мыши на поле "Обновить", находящееся под картинкой.

Чтобы опубликовать комментарий сразу, необходимо зарегистрироваться на главной странице сайта, затем произвести вход на сайт с зарегистрированным именем и паролем.


Защитный код
Обновить

Rambler's Top100