Гвоздики к Дню Победы

Гвоздики к Дню Победы

Вот и наступил этот день, этот единственный праздник, когда веселье отступает и хочется остановиться, задуматься и еще раз вспомнить то страшное далекое время. Вспомнить тех людей, которые остановили врага и принесли Победу и Мир на эту землю.
Поздравляем вас с Днем Победы. И к нашим поздравлениям присоединяется ваш старый знакомый - первоклассник Вовка.

* * *

После уроков Вовка и Костя весело шагали по весенней улице, подставляя лица теплому майскому солнышку. Солнце щекотало в носу, отчего хотелось чихать и смеяться. Настроение было праздничное. Еще бы! Завтра 9 мая, День Победы, и ребята еще в школе решили отметить его как-то особенно, по-взрослому.

- Значит, идем к Вечному огню, - кричал на всю улицу Костя, - и поздравляем всех-всех.
- Точно! - радостно поддержал его Вовка. - А давай мы этим... - слово вылетело из головы, и он нахмурил лоб, вспоминая.
- Ветеранам! - подсказал Костя.
- Ага, ветеранам. Давай мы им цветы подарим.
- Да, цветы денег стоят, - скептически протянул друг. - У мамы будешь просить?
- Зачем у мамы? - Вовка полез в карман и достал две смятые бумажки. - Гляди, целых двадцать рублей!
- Ха! - Костя насмешливо сморщил нос. - А ты знаешь, сколько они стоят?
- Сколько?
- Сто рублей!
- Врешь! Букет?
- Сам ты врешь! Один цветок - сто рублей. Мне мама говорила, если не веришь.
- Вот гады... - с сожалением глядя на деньги, сказал Вовка.
- Точно. Гады, спекулянты, - поддержал друга Костя. - Вон, смотри, еще один.
- Где? - Вовка стал озираться по сторонам в поисках гадов-продавцов.
- Да нет, не там, - Костя дернул товарища за руку и показал пальцем за зеленый забор, мимо которого они в этот момент проходили.
- А где ж там цветы-то? - удивился Вовка. - Да и продавцов не видно.
- Смотри, - Костин палец прицелился в странный невысокий домик, стоявший под деревьями.

Этот почти игрушечный дом был построен из тонких деревянных реек, а вместо стен и крыши его покрывала мутная серая пленка, которая скрывала от всех проходящих жильцов дома. Она, эта пленка, немного пропускала свет, но почти не давала разглядеть, что же там внутри. Только неясные тени вдоль серых стен говорили, что дом заселен.

- Домик, - удивленно протянул Вовка. - Интересно, кто там живет?
- Сам ты домик! - Костя возмущенно взмахнул обеими руками, удивляясь такой необразованности друга. - Это теплица. В ней цветы растят.
- Да ну! - Вовка свистнул от удивления так сильно, что спугнул воробьев, сидевших на заборе.
- Да ну, да ну, - передразнил Костя. - У нас в деревне такая есть. У бабушки.
- А зачем цветы в домике... в теплице? Они чего, мерзнут, что ли?
- Конечно мерзнут! Их когда посадили?
- Когда?
- Весной их посадили, холодно когда было, а там в домике... тьфу, в теплице - тепло. Там лампочка горит и ветер не дует.
- Здорово! - обрадовался новым знаниям Вовка.
- Ну вот, - подвел итог Костя, - а теперь он их будет...
- Продавать! - догадался Вовка. - А кто он?
- Спекулянт. Вот кто, - Костя определенно все знал и даже не пытался это скрыть. - Все придут на праздник, а он им цветы по сто рублей!
- А знаешь чего... - Вовка задумчиво смотрел на серый домик под пленкой.
- Ну?
- А давай их это...
- Чего это?
- Свистнем и ветеранам подарим, - идея так ему понравилась, что он даже повторил. - Точно! Подарим!
- Во! - Костя выставил два больших пальца кверху, тем самым показывая, что он согласен на все сто. - Вовка, ты гений!
- Давай утром, когда спекулянт будет спать, придем и все свистнем.
- Давай! - у Кости горели глаза, он придумывал план ограбления спекулянта. - Только рано надо. А то он проснется и увидит, что мы его цветы рвем.
- Тогда в семь утра приходи. Нет в шесть. Прямо сюда, к забору.
- Я-то приду, смотри ты не проспи, - усмехнулся Костя. Он знал, что Вовка любит поспать утром и даже пару раз из-за этого опоздал на уроки.
- Сам не проспи, - Вовка знал эту свою слабость. Знал он, что завтра, в такую рань будет очень трудно вставать, но дело того стоило и он решил, что обязательно проснется раньше всех, а потом выйдет из дома, никем не замеченный...

* * *

- Вовка, ты куда? - незамеченным выйти не удалось. Мама застала его врасплох, когда он натягивал ботинки.
- Тсс... - прошипел он, приложив палец к губам.

Если сейчас проснется папа, то на походе можно будет поставить крест: папа сразу же обо всем догадается. Он всегда обо всем догадывался. Вовка быстро зашептал:

- Мы к Вечному огню идем, мамочка. Ветеранов поздравлять, цветы дарить и вообще.
- Кто это мы? - насторожилась мама. «И вообще» прозвучало очень подозрительно.
- Я, Костик. Ребята, в общем. Мы договорились. Еще вчера.
- Вот неугомонные, - зевнула мама. Сегодня был выходной и она явно не собиралась вставать так рано. - Постой, а завтрак?
- Я уже поел, - соврал Вовка.

Он очень не любил обманывать родителей, но иногда они были такими непонятливыми, что иначе просто не получалось. Стыдно было ужасно, особенно когда обман вскрывался - а что делать? Эти взрослые ничего не понимают и не хотят слышать. До них никак не может дойти, что и у детей случаются важные дела, такие важные, что и соврать можно. Чуть-чуть. Самую малость.
Вовка открыл дверь, махнул рукой, не дожидаясь дальнейших расспросов:

- Пока, мамочка. Я скоро.
- Осторожней там через дорогу переходи, - опять зевнула мама и уже обращаясь к себе пробормотала. - Чего это он там поел?

* * *

Костя уже ждал у зеленого забора, хмуро оглядывался по сторонам и зевал, широко открывая рот. Улица была пуста. Все еще спали. Праздник на площади у Вечного огня должен был начаться ровно в девять, а пока город досматривал последние сны, и только два «грабителя» распугивали утренний туман на тихой улочке. Никто не проснулся и не спросил, что это они тут делают, лишь сонная нахохлившаяся ворона проводила их недовольным взглядом с фонарного столба.

- Ждешь тебя, ждешь, - пробурчал Костя. - Замерз совсем. Давай, иди сюда, тут доска отломана.

В заборе действительно шаталась одна доска. Кто-то, видимо, уже воспользовался этим путем в сад «спекулянта» и оставил дощечку висеть на одном гвозде, отчего та легко сдвигалась в сторону и открывала неширокий лаз в сад.
Оказавшись в саду, ребята заметно оробели: таким большим он был, этот сад. Дом «спекулянта» стоял в глубине, пугая черными окнами-глазами, и казался просто огромным.

- Вон какой отгрохал. Капиталист, - прошипел Костя. Слова «отгрохал» и «капиталист» были явно не из его лексикона. Костя любил повторять взрослые слова и делал это при каждом удобном случае.
- Почему капиталист? - тоже шепотом спросил Вовка.
- Потому, - отрезал товарищ. Он не знал значения этого странного слова, но не сознаваться же в этом.

Костя по-взрослому нахмурился и приложил указательный палец к губам:

- Тихо! - потом кивнул головой в глубь сада. - Вон она.

Теплица стояла в стороне от дома и к ней от крыльца вела тропинка, усыпанная мелкими серыми камушками. Ребята, стараясь не шуметь, выбрались из мокрой травы на эту тропинку и подошли к теплице. В торце домика из той же пленки была «дверь» - серый вырезанный прямоугольник, а вместо замка - бельевая деревянная прищепка, наверное, чтобы ветром не открыло.
Костя первым вошел в теплицу и присвистнул, забыв об осторожности:

- Вот это да!

Цветов было очень много. Они стояли как солдаты ровными рядами на зеленых длинных ножках и тянулись к пробивающемуся сквозь пленку свету своими красными головками.

- Розы! - восхищенно сказал Вовка, выглядывая из-за Костиного плеча.
- Не-а, гвоздики, - со знанием дела заявил друг. - То что надо.

Сзади послышался шорох и ребята обернулись так быстро, что едва не сбили друг друга с ног. На них внимательно смотрели два больших глаза. Ниже, из полуоткрытой в странной улыбке пасти, сверкали огромные клыки. Это была здоровенная собака, ростом чуть ниже Вовки. Она зловеще скалилась, тихо, но очень грозно рычала и не двигалась с места.

- У нас гости, Джек? - в теплицу заглянул бородатый человек и собака исчезла, уступив ему место.

Она сделала свое дело, поймала грабителей, а теперь пришел хозяин и уж он-то накажет незваных гостей как положено. Бородач, нагнувшись, вошел в теплицу. Потолок был низковат для хозяина цветов и он стоял, нависая над мальчиками, отчего у тех просто душа уходила в пятки. Лицо «спекулянта» вдоль и поперек бороздили глубокие морщины, борода белыми колючками торчала во все стороны, а глаза сердито сверкали из-под густых бровей. Он казался очень старым и страшным, но самое ужасное было то, что в руке он держал ружье. «Застрелит!»- с ужасом подумал Вовка.

- Дяденька! - вдруг завопил Костя. - Мы ничего, мы просто мимо шли, мы гуляем.
- Гуляете, говоришь, - зловеще усмехнулся страшный старик. - У меня в теплице, значит, гуляете. А ну говори, чего ты тут забыл?

Он поднял ружье и прищурился. Было видно, что его не обманешь. Такой сам кого хочешь обманет. Глаза хитрые, злые - спекулянт, одним словом.

- Мы за цветами, - неожиданно выдал секрет Вовка.
- Вот те на! - удивился старик. Он, похоже, ждал, что ребята станут выкручиваться и сочинять, но вышло все совершенно иначе.
- Мы для ветеранов, на праздник, - от страха у Вовки из головы вылетело все, кроме правды, которая и вышла наружу, не заставив себя ждать.
- Для ветеранов? А если я тебя в милицию сдам? Как воришку? - старик задумчиво смотрел на «грабителей» и почесывал седую колючую бороду.
- Не надо, дяденька, - насупился Вовка. - Мы правда для ветеранов. Сегодня же 9 мая. Мы хотели им подарить цветы.

Хозяин теплицы прислонил ружье к стенке, пошуровал в больших карманах и вытащил оттуда складной нож. У Вовки стукнуло сердце и провалилось куда-то в левую пятку: «Зарежет...». Сзади икнул Костя. Старый злодей раскрыл нож, перевернул его лезвием к себе и ткнул рукояткой Вовку в живот:

- Держи.

Затем он нагнулся, вышел в низенькую дверь на секунду и вернулся уже с большим пластмассовым ведром. Сунул ведро Косте прямо в руку и сказал, обращаясь к Вовке:

- Ты будешь резать, только режь пониже, у самой земли. А ты, - повернулся он к стоявшему в глубине теплицы Косте, - укладывай цветы в ведро, да смотри, не поломай. Знаю я вас.

Ребята стояли обалдевшие от такого поворота событий и не двигались с места.

- Марш работать! - рявкнул старик. От этого крика их подбросило на месте. Ноги развернули тела на 180 градусов, а руки сами собой потянулись к цветам.
- Да не халтурить мне тут! Приду - проверю. А ты, Джек, охраняй! - с этими словами старый «спекулянт» повернулся и вышел.

Его место занял Джек. Он сидел, высунув язык, иногда скалил клыки и тихонько ворчал, отчего ребята принимались работать быстрее.

- И не сбежать, - подал голос Костя. - Вон какой бандитский пес сидит.

Пес зарычал - видимо, он хорошо понимал, о чем идет речь.

- Только бы в милицию не сдал, а то папа узнает, - тоскливо вздохнул Вовка и остановился. Сзади раздалось ворчание «бандитского пса» и Вовка быстро заработал ножом.

Через полчаса, когда старик заглянул в теплицу, все цветы уже плотной компанией торчали красными головками из ведра.

- Справились, разбойники? А теперь дуйте сюда, да ведро возьмите, - он посторонился, пропуская мальчишек, подтолкнул их в спину к крыльцу и сам зашагал следом. Он сильно хромал, тяжело с хрипом дышал, но от ребят не отставал ни на шаг.

- Дяденька, - заговорил, оборачиваясь на ходу, Вовка. - Вы только милицию не зовите, мы больше не будем.
- Это мы еще посмотрим, кого нам звать, а кого не звать. Ставь ведро и слушай.

Он присел на крыльцо, отдышался, вытерев пот с морщинистого лба, посмотрел на ребят внимательно. Сначала на одного, затем на другого и глухим голосом заговорил:

- Задание, значит, вам, разбойники. Возьмите-ка вы это ведро да пойдите на площадь, к Вечному огню. Там уже поди народ собирается. Каждому, кто в форме, да с медалями, цветы будете дарить. И смотрите, чтобы всем хватило.
- А вы? - спросил Вовка.

Он уже ничему не удивлялся. Только устал немного. И еще руки от непривычной работы болели, а страха уже не было - он понимал, что старик не такой уж и злой. Джек вон тоже совсем не злой. Строгий, умный, но не злой.

- А я попозже подойду. Проверю. Ступайте, да смотрите мне там. Ежели сбежите, я вас из-под земли достану и в милицию сдам, - старик грозно нахмурился и погрозил пальцем.

* * *

Ребята шли сначала молча. Держали большое ведро с двух сторон: один левой рукой, другой правой. Потом Костя произнес:

- А здорово вышло! Теперь всем ветеранам цветов хватит.
- Ага, - ответил Вовка. Он думал о старике и его собаке, а еще о том, как хорошо все вышло. Только бы старик не сдал их в милицию. И на площадь надо успеть, пока ветераны не разошлись.

У Вечного огня уже играла военная музыка и было очень много людей. Больше всего было стариков. В шинелях, гимнастерках. В черных солдатских сапогах. Но, главное, что сразу бросилось в глаза ребятам - это ордена и медали. Они сверкали на каждой груди, начищенные заботливыми руками своих хозяев. Где-то наград было так много, что они закрывали всю грудь, до самого пояса. А где-то одна, две. Но несмотря на это все были равны: люди с полосками на погонах обнимались с теми, у кого на плечах сияли большие звезды. Здесь не было различий между рядовыми и генералами. Праздник, один на всех, и он их уравнял в звании. Сегодня все были рядовыми и генералами одновременно.
А еще было много слез. Так странно смотрелись эти слезы на изъеденных морщинами щеках. Но те, кто проливал слезы, и те, на чьи плечи они капали, не стыдились этого, а только крепче сжимали руки, обнимаясь изо всех сил, словно в последний раз. Они обнимались, плакали и смеялись, глядя друг другу в лица, высматривая там что-то знакомое только им одним.
То тут, то там в толпе появлялись люди со странными знаменами над головой. Вместо полотнища к древку была приколочена табличка. И на каждой надпись: «39-й мотострелковый полк», «17 гвардейская стрелковая дивизия», «204 воздушно-десантная бригада». По этим табличкам солдаты находили своих друзей. Вокруг людей с табличками собирался народ. Где-то побольше, где-то поменьше. И везде обнимались, пели песни, а в одном месте даже плясали. Гармонист в серо-зеленой гимнастерке играл задорную музыку, и под эту музыку отплясывали человек пять или шесть, лихо хлопая себя по сапогам.

Вовка и Костя бродили в этой толпе, глядя снизу вверх на плачущие и смеющиеся лица, каждому вручали по цветку, а иногда по два, и говорили:

- С праздником вас! С 9 мая! С Днем Победы!

Им отвечали:

- Спасибо милые! Какие молодцы! Здоровья вам, ребятушки!

Наконец они подошли к самому Вечному огню. В ведре остались последние три гвоздики.

- Вон еще один, давай ему подарим, - кивнул головой Костя на одиноко стоявшего старика в солдатской гимнастерке, черных сапогах и пилотке на седой голове. Тот держал в руках табличку «365 стрелковая дивизия». Только рядом с ним никого не было. Он стоял и держал свою табличку-знамя как часовой на посту.

- С праздником дяденька! - Вовка протянул старому часовому цветы и не отдал, а так и остался стоять с открытым ртом.

В гимнастерке, залатанной во множестве мест, застиранной до серого цвета, стоял утренний знакомый - «спекулянт». Он внимательно смотрел на ребят и еле заметно улыбался.

- Ничего себе! - Костя налетел сзади на Вовку и уставился на старого солдата.
- Что, не узнать меня? А я вот он какой, бравый генерал, - старик подмигнул ребятам.
- А где же ваши? - Вовка головой показал на табличку.
- Так нет никого. Один я остался, - старик посмотрел куда-то вдаль, выше Вовкиной головы. - А они там, подо Ржевом. Лежат, стало быть, в земле сырой.
- Что, все? Ну хоть кто-то остался?
- Нет, милый, - старик, вытер колючую щеку серым рукавом. - Я тут каждый год стою, и еще никто не пришел.

Ребята молчали. Они смотрели на табличку и на старого солдата. Потом Вовка тихо сказал:

- А можно мы с вами постоим?
- Постой, внучек, постой, - старик снова вытер рукавом щеку.

И опять его взгляд оправился куда-то за горизонт. Наверное, он видел город Ржев и своих друзей, живых и здоровых, молодых и полных сил.
Так они и стояли, слушая музыку, речи выступающих и раздающиеся отовсюду голоса.
А потом, когда отыграл оркестр, отзвучали разговоры и все стали расходиться по домам, старик повернулся к ребятам и сказал глухим хриплым голосом:

- Поди уж дома заждались? Так вы идите, ребятки.

Вовка поставил пустое ведро на землю, постоял немного, будто хотел сказать что-то важное, повернулся, чтобы пойти, потом повернулся снова:

- До свидания, дяденька.
- До свидания.., - эхом повторил Костя.
- И вы бывайте здоровы, - ответил старик.

Они пошли с площади, но Вовка вдруг остановился и вернулся назад:

- А можно мы на следующий год придем?
- Ну что ж, приходите, коли хотите.
- Мы обязательно придем! - уже на бегу крикнул Вовка и бросился догонять друга.

Автор рассказа Попов Леонид Николаевич Занимательная педагогика
 

Добавить комментарий

Ваш комментарий будет показан на этой странице после одобрения администратором.
Для успешной отправки сообщения необходимо ввести проверочный код с картинки внизу.
Если вы не можете прочитать проверочный код, нажмите левой кнопкой мыши на поле "Обновить", находящееся под картинкой.

Чтобы опубликовать комментарий сразу, необходимо зарегистрироваться на главной странице сайта, затем произвести вход на сайт с зарегистрированным именем и паролем.


Защитный код
Обновить

© 2008-2016 Занимательная педагогика.
Условия использования материалов сайта
Rambler's Top100